Моё искусство — о валоризации опыта, о возвращении значимости непризнанному. Я рассматриваю обращение к подлинному прошлому и его принятие как форму опоры в настоящем — способ, который помогает проживать кризисы и, как следствие, выстраивать более устойчивое будущее.
В художественном процессе я не восстанавливаю утраченные истории, а фиксирую сам факт их существования — как свидетельство значимости того, что оказалось забытым. Через формирование новых визуальных форм я обращаю внимание зрителя на прошлое, его ценность и на возможность перенести эту ценность в настоящее.
Материальность и тактильность для меня принципиальны: мои объекты прочные, устойчивые, рассчитанные на физическое присутствие в пространстве: плёночная фотография, найденные объекты и вышивка соединяются в настенные объекты и скульптуры малых форм.
В работе я выбираю традиционные, ручные, «медленные» техники как способ сосредоточенного внимания и как жест, направленный на узнавание и проживание прошлого.
В своей практике я обращаюсь к простым, узнаваемым найденным объектам. Меня интересует, как самые обычные, порой бытовые предметы могут становиться частью художественного высказывания, обретая новую значимость. Я часто использую зеркала — как инструмент, возвращающий зрителя к самому себе и делающий его соучастником происходящего.
Я также обращаюсь к природным объектам — носителям опыта, сформированным временем и стихиями.
Я улавливаю фразы, которые люди мимолётно бросают друг другу в разговорах, и фотографирую фрагменты повседневности на плёночный фотоаппарат, фиксируя значимость настоящего момента.
Старинные предметы, оказавшиеся на блошиных рынках, когда-то фиксировали важные события — рождение детей, свадьбы, путешествия, праздники.
В работе над своим искусством я нахожу предметы быта, украшения, фотографии и открытки, связанные с чьей-то жизнью.
Они стремились сохранить ценность момента, пронести её сквозь время и расстояние, а в моих работах вновь обретают значимость.
Мой главный инструмент — наблюдение и поиск. Через них я нахожу в повседневной жизни «материалы прошлого» и выстраиваю диалог между тем, что было забыто, отброшено или вырвано из контекста, и настоящим.
Я родилась в СССР, взрослела в 90-е годы в многодетной семье рабочих. Сегодня у меня тоже большая семья. Это сформировало и продолжает формировать насыщенный жизненный опыт, полный событий, переживаний и внутренних трансформаций.
Именно это я стремлюсь выразить в своём искусстве — отказ от прошлого или его вытеснение лишает человека возможности выстраивать устойчивую и наполненную жизнь.
Узнавание некоторых фактов из прошлого моей семьи и непринятие моего личного опыта привели меня к кризисным состояниям, а находясь в психотерапии и духовных практиках, я пришла к пониманию простой, но важной мысли: будущее проистекает из прошлого, из рода, проявляясь в практиках настоящего.